Призрак социализма бродит по США

It has come to my attention, что многие мои соотечественники не очень понимают, что вообще происходит на западе. Типа, тут разгулялись леваки, народ социализмом бредит, кланяются в ножки ленину и вообще какая-то вакханалия.
Как человек, погрузившийся в эту замечательную среду с головой, я бы хотел несколько прояснить ситуацию.

Усаживайтесь поудобнее, будет лонгрид. Хотя, если вы смотрели The Big Short (в прокате в Украине шел под названием ‘Гра на пониження’), то многое из того, что я напишу, уже знаете.

Я начну (казалось бы) сильно издалека — с 30х годов. Тогда в США случилась Великая Депрессия, и привела она, кроме всего плохого, к кое-чему довольно хорошему — а именно, огромному количеству регуляций, наложенных федеральным правительством на самые различные финансовые организации — инвестиционные фонды, банки, кредитные союзы и иже с ними. Привело это, разумеется, к окончанию Великой Депрессии, и вместе с этим, общей стабилизацией экономики. После этого, за исключением некоторых неприятных моментов типа Второй Мировой и пары нефтяных кризисов, вплоть до 80х экономика США стабильно, но медленно, росла. Смущало американцев именно та часть, в которой экономика росла медленно. Чтобы ускорить этот рост, была предпринята решительная мера — откатить регуляции, принятые для стабилизации экономики в 30х. Типа они сдерживают свободный рынок, а невидимая рука рынка, как всем известно, делает только лучше.

Естественно, первоначальный эффект получился феноменальным — темпы роста экономики превзошли даже самые оптимистичные ожидания. И все радовались, и все было хорошо. Пока не оказалось, что отмена регуляций привела к появлению пузырей. Пузыри начали лопаться — и каждый следующий приносил с собой кризис хуже предыдущего (последний был в 2008ом, о нем и было в The Big Short). После каждого кризиса вводили частичные регуляции, которые после с радостными визгами отменялись, чтобы снова ускорить темпы роста экономики и влететь в очередной пузырь.

Это все была присказка, а сейчас пойдет то, что все эти замечательные экономические игры в наперсточки означают для живых существ.

В конце 80х здесь начало рождаться поколение, которое потом назовут миллениалами. Поколение росло, и вместе с ним росли экономические пузыри и цены на некоторые очень интересные вещи. Например, образование и здравоохранение. Поскольку каждый свободный человек не только мает зброю, но также знает, что свободный рынок лучше рынка регулированного, рынок медицинской страховки и образования (которые в Штатах, для тех, кто еще не знает, всегда оплачиваются человеком сугубо из собственного кармана, а вовсе не из налогов), росли настолько быстро, насколько позволяла совесть. А именно — гораздо быстрее, чем зарплаты, рост которых в основном привязан к естественной инфляции.

Для примера, если в 1987ом году медстраховка на одного человека составляла $3800 (с поправкой на инфляцию, а в абсолютных величинах на тот момент эта сума была около $1400), то в 2017ом это уже $11000.

Аналогичное сравнение по образованию некоторых людей вообще может повергнуть в кататонический припадок — стоимость обучения в некоторых вузах выросла уже не в несколько раз, а в десятки раз. Это, в свою очередь, привело к уже следующему моменту — а именно студенческим займам.

Для тех, кто еще не заснул, объясню.

Человек, закончивший колледж в 1987ом году, вероятнее всего, полностью оплатил свое обучение еще до окончания колледжа, часто для этого было достаточно небольших вложений от родителей и подработки на полставки в местной пиццерии. Попадая на рынок труда, этот человек мог позволить себе практически моментально взять в кредит дом, ведь он не был вынужден отдавать треть зарплаты на медстраховку. И при желании начать собственный бизнес, этот человек мог бы запросто получить кредит у банка — ведь у него не было огромного долга за плечами.

А теперь наши дни.

Человек, закончивший колледж в 2017ом году, уже имеет долг в несколько десятков, а то и сотен, тысяч долларов, в зависимости от престижности вуза. Речь о покупке недвижимости даже не заходит — рынок ипотечных кредитов рухнул в 2008ом. Минимум, который нужно заработать этому человеку в год, чтобы гарантировать себе медицинское обслуживание (только медицинское, это не включает стоматологию) — $11000, и эта цифра вырастает в несколько раз, если у человека есть хронические заболевания вроде астмы или диабета. Рынок труда встречает его с распростертыми обьятьями — он может устроится, к примеру, в компанию Amazon. На рекламном щите в Массачусетсе, который я созерцал месяца два назад, было написано, что Amazon гарантируют стартовую зарплату до (ДО, а не ОТ!) $18/час.

Стандартная рабочая неделя составляет 40 часов, предположим, в году 52 недели, что дает нам заработную плату в $37,440.00 в год. Эта сума, прошу заметить, облагается налогом. Да, есть и преимущества — к примеру, амазон заплатит часть стоимости медстраховки.

Разумеется, тут должен сразу встать вопрос — но ведь это же не зарплата квалифицированного работника? И вопрос верный. Стартовая зарплата квалифицированного работника может составлять 25-30 долларов в час. Что, кажется, уже неплохо, но тут ты вспоминаешь про налоги, медстарховку, и студенческий долг, который нужно выплачивать как можно скорее, чтобы накапавшие проценты не успели его удвоить или утроить.

Если на выплату долга уходит до 7 лет — человеку к этому моменту уже исполняется 30. Выпускник 1987го в 30 лет уже женился и завел нескольких детей в собственном доме, который уже почти выкуплен по кредиту. Миллениал же все это время платил за арендованную квартиру, потому что у него не было начального взноса в 30-40 тысяч, чтобы открыть ипотечный кредит. И, поскольку финансовая нагрузка на миллениалах лежит, как мы уже определились, гораздо бОльшая, это приводит к интересному эффекту, известному на западе как ‘Millenials are killing (…)’

Оказалось, что снижение потребительской способности ВНЕЗАПНО приводит к ухудшению экономической ситуации, при том отраслевому. Отмирают сетевые рестораны средней руки, потому что у миллениалов нет денег в них обедать хотя бы раз в неделю. Ювелирная промышленность становится почти убыточной, поскольку денег на золото и камни у миллениалов уж точно нет. Автомобили сложнее продавать, когда потребитель не может менять машину каждые 3-4 года.

Разумеется, для всех, кто постарше, виноваты во всем миллениалы — у них нет денег, значит, они не хотят работать.
У самих миллениалов на это несколько иная точка зрения. Им интересно, какого хера именно им приходится получать ту же зарплату, что и их родители, но при этом не иметь возможности позволить себе ничего купить. Им очень хочется сильно вмазать по «невидимой руке рынка», которая позволила взвинтить цены на здравоохранение и образование, не дав ничего взамен, кроме самого богатого человека вообще в истории и трех компаний, стоимость которых оценивается в триллион долларов каждой.

Они начали голосовать за людей, которые обещают ввести регуляции или же национализировать соответствующие отрасли. Голосовать им, кстати, тоже тяжело — ведь приходится выбирать из республиканцев, которые даже не пытаются сделать вид, что их волнуют студенческие займы и стоимость медстраховки, зато они готовы уменьшить налоги, а там уж рыночек дорешает, и демократов, которые очень любят обещать обложить налогами корпорации, но в момент экономического кризиса все равно позволят всем банкирам выскочить с золотыми парашютами, обанкротив при этом вкладчиков и повыкидывав избирателей из их домов.

Тут и начинает звучать страшное слово — социализм.

Чести ради, миллениалы не очень понимают, что такое социализм. Они произносят это слово с восторгом и придыханием. Для них социализм — это значит, что деньги с их медстраховки не пойдут на очередной распил между топами страховой и фармы, которая потом продаст им же месячную дозу инсулина за $800 баксов при себестоимости $25. Что в колледже не придется платить $200 за один (!) учебник просто потому что рыночек порешал. Ведь лучшее решение, которое может предложить рыночек, это монополия. Больше социализм для миллениалов, в сущности, ничего не означает.

Миллениалы не особо задумываются, что для тех, кто на социализм вблизи насмотрелся, это слово скорее означает плановую экономику, национализацию производств и очень скорый экономический коллапс (причем это гораздо ближе к академическому значению социализма, чем то, что используют миллениалы).

Так что, когда услышите новости о том, что в штатах в сенат проходят, прости господи, социалисты — не пугайтесь. Тут так называют людей, которые считают нормальным не тратить треть зарплаты на медстраховку.

До национализации General Electric они пока не дошли.

Роман Трофименко

Запись опубликована в рубрике Гостевой пост с метками , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий